Эдуард Аракелян
Следственный комитет Армении в очередной раз сообщил, что в результате 44-дневной войны 2020 года погибли 3833 человека, из которых 3755 — военнослужащие и 78 — гражданские лица. Без вести пропавшими числятся 191 человек: 172 из них — военнослужащие, 19 — гражданские лица.
Эти цифры были озвучены СК после того как президент Армении, находясь в Праге, заявил, что в результате 44-дневной войны с армянской стороны погибли 4800 человек.
Заявление президента фактически возвратило дискуссию к первоначальным оценкам, которые в первые дни после войны распространялись неофициальными источниками. Но одно дело — неподтвержденные оценки в условиях информационного хаоса, особенно первых послевоенных месяцев, и совершенно другое — заявление президента страны спустя годы после окончания войны.
Получилась странная и, мягко говоря, позорная ситуация. Президент публично называет число погибших, которое почти на тысячу превышает официальные данные государственного органа, занимающегося подобными подсчетами.
Можно допустить, что точное число погибших лично его просто не интересует. Вот только речь идет о гражданах его страны, каждый из которых погиб на войне. Подобное отношение к вопросу потерь выглядит недопустимым для человека его статуса. Он может не знать многих деталей, например экономических показателей, демографических проблем или технических характеристик вооружений. Но количество граждан, погибших в крупнейшей войне современной истории Армении, он просто обязан знать, прежде чем публично ее где-то произносить. Это минимальный стандарт компетентности главы государства.
После поднявшегося шума аппарат президента объяснил произошедшее тем, что президент оговорился. То есть, по официальной версии, просто произошла ошибка.
Подобное отношение к государственному слову становится нормой в Армении. Более того, правящая партия сделала признание ошибок частью своей политической практики. Сначала принимается решение или делается заявление, затем, когда последствия становятся катастрофическими, следует признание об ошибке, после чего ситуация считается исчерпанной. Публичное признание ошибок само по себе не является пороком. Проблема в системе, в которой ошибка перестает иметь цену и избавляет от необходимости ответа за слова, решения и последствия.
Если есть точная цифра, должен быть и поименный список
Если правительство располагает точными данными о количестве погибших и пропавших без вести, то эти цифры должны основываться на конкретном поименном учете, а значит известны фамилии и соответствующие данные по каждому человеку. Государственная статистика такого рода не может появиться из воздуха. За каждой единицей стоит конкретное имя, документы и обстоятельства, на основании которых человек включен в число погибших или пропавших без вести.
Тогда почему полный официальный поименный список до сих пор не представлен? Тем более что проблема не в принципиальной невозможности создания такого списка. Поименный список погибших в 44-дневной войне существует, например, на сайте «Платформа проверки фактов». В нем указаны 3246 погибших, данные о которых были собраны на основе информации Национального фонда страхования военнослужащих.
Однако между тем списком и официально заявленной цифрой существует разница в 587 погибших. Располагая полными данными нужно опубликовать поименный список погибших и пропавших без вести в 44-дневной войне, на основании которого сформирована официальная статистика.
При этом представители власти отсутствие такого списка объясняют своеобразно. Бывший спикер парламента, ныне секретарь Совета Безопасности Ален Симонян, отвечая в прошлом году на вопросы журналистов о том, почему не публикуются имена погибших в 44-дневной войне, заявил, что публикация имен и личных данных неуместна, поскольку затрагиваются персональные данные.
Но имена граждан, погибших на войне, не могут рассматриваться как секретная информация или сведения, которые государство вправе скрывать под предлогом защиты персональных данных. Никакого общего запрета на обнародование имен погибших в войне законодательство не устанавливает. Тем более абсурдно ссылаться на подобные ограничения спустя шесть лет после окончания войны.
Необходима независимая проверка
Однако одной публикации поименного списка недостаточно. После этого необходимо создать общественную комиссию, не связанную с правительством, которая могла бы провести независимую проверку.
Задача такой комиссии должна заключаться исключительно в установлении фактов. Необходимо проверить, соответствует ли опубликованный список реальному числу погибших, нет ли в нем пропущенных военнослужащих или гражданских лиц, а также имеются ли документально подтвержденные свидетельства о погибших, которые по каким-либо причинам не были включены в официальный учет.
Любой гражданин должен иметь возможность представить документы и свидетельства, если считает, что конкретный человек отсутствует в официальном списке. Только после подобной открытой и независимой проверки вопрос о реальном количестве погибших в 44-дневной войне может получить окончательный и подтвержденный ответ.
До тех пор разница между официальными и неофициальными данными неизбежно будет оставаться пространством для спекуляций.
Цена общественного молчания
Возникает и другой, не менее неприятный вопрос: а насколько само армянское общество требует от власти правды о той войне?
Если общество действительно хочет знать, что произошло в 2020 году, оно должно требовать прямого ответа на все вопросы — о причинах поражения, пропавших без вести и каждом конкретном погибшем.
Общество, которое не требует от власти отчета, фактически позволяет ей самой решать, что говорить о войне и что оставлять без ответа. В конце концов, власть может уходить от неудобных вопросов только до тех пор, пока общество позволяет ей это делать своим молчанием.
Еще более неприятное и стыдное во всей этой истории заключается в том, что спустя шесть лет после войны в Армении продолжают публично спорить об общем количестве погибших.
Именно поэтому вопрос должен быть закрыт не очередным заявлением Следственного комитета и не очередной случайно названной цифрой, а опубликованным поименным списком и его независимой общественной проверкой.
Страна обязана перестать считать своих погибших приблизительно. Это тысячи конкретных человеческих судеб, которые государство обязано учитывать поименно, потому что за каждой цифрой стоит конкретный человек и конкретная судьба.
Все погибшие заслуживают того, чтобы помнили о каждом из них.
Истории
