Без Красного Креста: армянские пленные в Азербайджане остаются один на один с режимом

Анна Еганян

Закрытие офиса Международного комитета Красного Креста (МККК) в Баку по требованию азербайджанских властей стало тревожным сигналом для семей армянских пленных и пропавших без вести. Организация, работавшая в регионе с 1992 года, десятилетиями оставалась единственным международным актором, который имел доступ к удерживаемым лицам, контролировал условия их содержания и обеспечивал связь с родственниками. Теперь этот канал фактически перекрыт.

«Проблема защиты прав удерживаемых в Баку армянских пленных и заложников стала ещё более актуальной после того, как в начале марта Азербайджан объявил о прекращении деятельности Международного комитета Красного Креста на своей территории», – подчеркнула соучредитель организации «Правовой путь», правозащитница Сирануш Саакян.

По официальным данным,в Азербайджане на данный момент содержится 23 подтвержденных армянских пленных, большинство из которых были захвачены после войны 2020 года. В сентябре 2023 года, после однодневной военной операции и этнической чистки региона, Баку взял в заложники весь бывший политико-военный руководящий состав Арцаха. Среди них – три бывших президента Аркадий Гукасян, Бако Саакян и Араик Арутюнян, бывший госминистр и филантроп Рубен Варданян, экс-глава парламента Давид Ишханян и бывший министр иностранных дел Давид Бабаян.

Швейцария как возможный посредник

На фоне сведений о прекращении деятельности МККК в Баку, правозащитники обратились к МИД Армении с предложением передать консульские полномочия по защите армянских пленных в Баку третьей стране. «Мы просили, чтобы Армения делегировала консульское право Швейцарии как нейтральному государству», – сказала Саакян. По её словам, в МИД подтвердили, что вопрос обсуждается.

Венская конвенция о консульских сношениях 1963 года предусматривает возможность передачи защиты интересов граждан третьему государству в тех случаях, когда между странами отсутствуют дипломатические отношения. Наиболее известный пример – 1979 год, когда после исламской революции в Иране США разорвали дипотношения с Тегераном и поручили защиту своих граждан Швейцарии.

Выбор Швейцарии, по словам Саакян, не случаен: «Для нас имело значение принятие парламентом Швейцарии документа, согласно которому страна может обеспечить площадку для диалога между арцахцами и азербайджанцами. Это важно и в контексте реализации права арцахцев на возвращение». 

18 марта Верхняя палата швейцарского парламента проголосовала за создание Мирного форума по Карабаху, ранее в декабре 2024-го эту инициативу одобрил Национальный совет.

Международные механизмы и правовые рамки

Директор российского «Общественного вердикта» Наталья Таубина отмечает, что прекращение работы МККК создает риск бесконтрольности условий содержания пленных. Помимо прочего, Таубина отмечает, что  «если раньше Красный Крест выезжал к захоронениям и помогал идентифицировать тела – за последние пять лет удалось более сорока тел вернуть армянским семьям – то сейчас эта работа сильно затрудняется».

Она также указывает, что международные механизмы остаются, даже если Красный Крест больше не действует в Баку. Они включают: Европейский суд по правам человека, где можно запрашивать срочные меры (39-е правило), а также Европейский комитет по предотвращению пыток, который может проводить ад-хок визиты. Кроме того, есть рабочая группа ООН по произвольным задержаниям, куда можно подавать обращения по ситуации с армянскими военнопленными: даже если Азербайджан не отвечает на прямые запросы, публикации и оценки рабочей группы остаются видимыми и оказывают определенное давление на государство.

«Единственная возможность, при которой все прекратится, если Азербайджан выйдет из Организации Объединенных Наций. Вот тут я не вижу таких перспектив», – говорит Таубина.

«День пропавших без вести – это каждый день»

Однако неопределенность и отсутствие информации, которые в свете последних событий будут лишь возрастать, ломают жизни не только тех, кто оказался в бакинских тюрьмах, но и сотен семей в самой Армении.

Наируи Баятян уже почти пять лет ждет мужа Арарата Саканяна, пропавшего в начале Второй карабахской войны. Их сын Монте, которому сейчас шесть лет, говорит матери, что пошёл бы служить сам, если бы это вернуло отца. На выставке «Пропавшие, но не забытые», организованной МККК в Горисе 30 августа, демонстрировалась фотография мальчика с биноклем отца в руках. «Опыт исчезновения близкого человека невозможно понять, пока сам его не переживешь», – сказала Баятян.

У Розы Айрапетян сын пропал в октябре 2020 года. Его последние слова были: «Мама, я вернусь». Перед уходом на фронт он посадил мандариновое дерево. Теперь мать ухаживает за ним, ожидая возвращения сына. «Я всегда помню его слова и верю, что он вернётся. Я верю в чудеса», – сказала Айрапетян на открытии выставки.

По данным Международной комиссии по пропавшим без вести, после Первой карабахской войны (1988–1994) числится около 800 пропавших армян, после Второй войны (2020–2023) – почти 200.

«Для семьи, где пропал близкий, Международный день пропавших без вести – это каждый день», – отметила глава делегации МККК в Армении Дафни Маре.

Послесловие

Несмотря на прекращение работы офиса МККК в Баку, сама организация заявляет о намерении продолжить взаимодействие с азербайджанскими властями: «Мы будем добиваться возможности поддерживать контакт с армянскими пленными», – сказала Маре.

Но пока переговоры не привели к результату, на первый план выходит дипломатическая работа Армении. Передача консульских полномочий третьей стране, нейтральной и приемлемой для обеих сторон, может стать единственным способом гарантировать минимальную защиту пленных и право их семей на информацию.

Для близких, удерживаемых и пропавших без вести эта защита имеет не абстрактное, а глубоко человеческое значение. «Даже, когда ты улыбаешься, это не значит, что ты забыл», – говорит Баятян. 

Их ежедневная жизнь остаётся ожиданием и надеждой.