Гегецик Восканян
Леса Армении поддерживают средства к существованию сельского населения и защищают почвы и водные ресурсы. Для сохранения этих преимуществ необходимы инвестиции в существующие леса и поддержка семей, зависящих от дров, заявила специалист Всемирного банка.
Доктор Ирина Гапланян, старший специалист по вопросам изменения климата в ереванском офисе Всемирного банка, заявила, что более строгое пресечение незаконной вырубки должно идти рука об руку с доступными альтернативами отопления и устойчивыми инвестициями в управление лесами.
«Нам нужно сделать так, чтобы семьи могли использовать меньше древесины, сохраняя при этом тепло в своих домах», – отметила она в беседе с CivilNet. «Доступ к газу или электричеству сам по себе не решает проблему, если домохозяйство не может позволить себе оборудование или оплату отопления».
Эти преимущества выходят далеко за рамки дровяного топлива. Леса поддерживают доходы сельского населения за счет ягод, грибов, лекарственных растений и меда. Они также защищают почвы, ограничивают попадание наносов в водные системы и поддерживают природный туризм.
С 19 по 30 октября Ереван принимает COP17 – конференцию сторон Конвенции ООН о биологическом разнообразии, участники которой оценивают достигнутый прогресс и обсуждают дальнейшие меры по охране природы.
Леса покрывают примерно 12% территории Армении. Неустойчивая заготовка дров и недостаточный уход за лесами создают давление на эти экосистемы.
Как сократить зависимость сельских семей от дров
Для сельских домохозяйств, которые зависят от древесины для отопления, Гапланян рекомендовала адресную помощь для приобретения эффективных систем отопления и теплоизоляции домов с учетом местных источников энергии и платежеспособности семей. Там, где дрова по-прежнему необходимы, законный доступ к ним должен быть практически осуществимым, а заготовка – оставаться в экологических пределах.
Наряду с поддержкой домохозяйств, по ее словам, первым бюджетным приоритетом правительства должно стать укрепление потенциала по защите и управлению существующими лесами, включая кадровый состав, оборудование и системы управления «Айантара» – государственной организации по управлению лесами.
Расширение лесных площадей должно идти параллельно с этой работой на тщательно отобранных участках, с подходящими породами деревьев и финансированием долгосрочного ухода, сказала она. Сообщества также могли бы получать доход от восстановления, питомников и устойчивой лесной продукции.
Когда растительный покров и почвы повреждены, осадки могут стекать быстрее, унося верхний слой почвы в реки и водохранилища и усиливая эрозию и риски неустойчивости склонов, сказала она. Водные преимущества необходимо оценивать на местном уровне: количество осадков, почвы, породы деревьев и водозабор влияют на результаты, поэтому защита лесов не гарантирует большего количества воды в каждом водосборе.
Эти более широкие преимущества должны учитываться при государственных расходах. Гапланян рекомендовала включать восстановление, мониторинг и обслуживание в многолетние бюджеты и экосистемные счета, помогая властям сопоставлять превентивные инвестиции с затратами от ущерба сельскому хозяйству, водной инфраструктуре и сообществам.
Экономическая ценность лесов: что означают 3,9 млрд долларов
Экономическое обоснование требует осторожного объяснения. По словам Гапланян, оценка лесных экосистем Армении примерно в 3,9 млрд долларов в значительной степени определяется стоимостью, приписываемой углероду, уже накопленному в лесах.
«Это не показатель ежегодного дохода и не деньги, которые Армения могла бы автоматически получать от углеродных рынков», – сказала она.
Надёжные данные и финансирование восстановления лесов
Надежные данные о лесах стали бы основой как для управления, так и для финансирования. Спутниковая классификация может ошибочно принимать кустарники или сельскохозяйственные культуры за леса, предостерегла Гапланян. Более зеленые ландшафты или кажущееся увеличение древесного покрова сами по себе не показывают, хорошо ли восстанавливаются леса или сохраняют ли они свое экологическое качество.
«Надежная национальная инвентаризация – это первоочередной приоритет, потому что знание того, какая площадь земли выглядит покрытой деревьями, – лишь часть понимания состояния наших лесов», – сказала она.
При наличии надежных данных и устойчивого государственного финансирования дополнительное финансирование могло бы помочь. Например, платежи за экосистемные услуги могли бы позволить расположенным ниже по течению водопользователям компенсировать расположенным выше по течению сообществам или лесным управляющим деятельность, обеспечивающую измеримые водные преимущества.
Чтобы такие механизмы работали, по словам Гапланян, проектам необходимы четко определенные права на управление землей и заключение контрактов, справедливый способ распределения выгод с сообществами, достоверные измерения и исполнимый контракт с заинтересованным покупателем. Ожидаемый доход также должен превышать затраты на подготов и верификацию.
Углеродные проекты должны демонстрировать дополнительные результаты и учитывать риск пожаров, утрату накопленного углерода и риск того, что защита одной территории приведет к переносу вырубки в другие места.
«Нам следует подготовить небольшое количество пилотных проектов, проверять эти условия по каждому проекту отдельно и сохранять финансирование базового управления лесами за счет государственных бюджетов и грантов», – сказала она.
Окончательной мерой является устойчивое восстановление. «Мы должны оценивать успех по прижившимся деревьям и восстановлению функций леса, а не только по количеству посадок», – сказала Гапланян.
Истории
